epoxyde | Все может быть (Reply)

«Однажды она привела ему очередное изречение Бене Гессерит: «Когда религия и политика едут в одной колеснице, ездоки начинают считать, что теперь ничто не сможет преградить им путь. Тогда они убыстряют скачку и гонят все быстрее и быстрее. Они отбрасывают самую мысль о препятствиях – и забывают, что мчащийся сломя голову обычно замечает пропасть, лишь когда становится слишком поздно».

Фрэнк Патрик Герберт, «Дюна».

Не удивлюсь, если завтра утром я проснусь, а во всех новостях главной темой будут массовые беспорядки во всей стране. Ну, или что-то такое. Сейчас конфликт церковь-общество обостряется, становится более радикальным и жестким. До жестокости - пара шагов. Дело даже не в религиозном фанатизме и движении против РПЦ. Последняя сейчас выполняет роль второй ноги политической власти, но она не осознает своего положения. Пользуясь разнообразными привилегиями, которые дает ей сближение с властью, РПЦ не чувствует границ дозволенного, постоянно подпирая и без того уже запятнавшую себя власть.
Соответственно этому народ разделился на два лагеря. Один яростно поддерживает власть и РПЦ, другой, осознавая все негативные последствия образования такого тандема, выступают против. Но не против религии, как думает первый лагерь, но против ее проводника - РПЦ и того, что происходит сейчас в государстве.
Сейчас Путину нужен мощный политический капитал, мощная общественная поддержка и умелое, тонкое маневрирование на минном поле, которое он сам и создал. В противном случае он вынужден будет и дальше давить на общество самыми разными инструментами. А вот один из самых мощных - это религия в лице РПЦ. Сама церковь, видимо, понимает, что работает, как пресс, но эта роль ей нравится, так как выгода превышает возможные риски. К тому же, у церкви есть хороший людской капитал. Множество верующих, тех, кто грудью встанет на защиту РПЦ, сами могут стать причиной развития самого негативного сценария, когда начнется применение силы с обеих сторон. Как всегда интрига в том, кто начнет первым. Церкви очень выгодно, если это будут ее противники. Поэтому сейчас предпринимаются тонкие и не очень шаги к этому.
Те же православные патрули. Их задача - не применяя насилие, предотвратить вандализм в отношении святынь. Но, как думаете, сможет ли человек, которого возьмут эти патрули, не оказывать сопротивления? А как поведут себя наиболее радикальные противники РПЦ? Вот тут-то церковь и выставит себя жертвой, а патрули получат больше полномочий. Одновременно усилится поддержка РПЦ среди ее прихожан. Ну, а потом - избитый сценарий. Мне лишь интересно, в какой момент дело дойдет до применения оружия.
Не стоит в данном случае ехидно улыбаться и посмеиваться. Когда в дело вступает религия, тем более, когда церковь имеет такие огромные возможности, как сейчас, и поддержку политиков, она так просто эту власть не отпустит, но сделает все, чтобы укрепить ее. Церковь сейчас не равняется религии. Церковь - это политика.